Гаснет вечер, гаснет небо

В бледном золоте лучей…

Веет тихою печалью

От безлиственных аллей.

Даль пронизана туманом,

Точно пылью голубой;

Пахнет свежею травлю

И увядшею листвой.

Все полнр безмолвной неги…

Только в зелени сосны,

Будто медленные стоны,

Звуки мерные слышны.

То, встречая праздник мая,

В ароматной тишине,

Одинокая кукушка

Об иной грустит весне.

Я люблю её глухое,

Похоронное ку-ку;

В нем я слышу наши слезы,

Нашу вечную тоску…

И обычай суеверный

Наблюдая по весне,

Я шепчу лесной кукушке:

«Сколько жить осталось мне?»

И пророчица - кукушка

С безмятежною тоской,

Точно слезы, сыплет годы,

Сыплет звуки надо мной.

Я считаю их прилежно:

Десять… двадцать… тридцать лет…

Нет кукушка, ты ошиблась,

Льстив и ложен твой ответ!

Неужели еще так много

Дней печали и борьбы,

Дней тревожных увлечений

В тайниках моей судьбы?

Неужель еще придется

Мне оплакивать друзей.

Чье участье сердце грело

На разсвете юных дней?

Нет, кукушка, ты ошиблась! -

Жизнь вначале хороша,

В дни, когда кипит восторгом

Окрыленная душа.

Но не сладко встретить старость,

Чтоб утраты вспомнать,

И, как ты, в своей печали

К одиночеству взывать!..

К. Фофанов.